Как поставить на место работодателяАвтор: Аля Кухарчук, журнал “HRMagazine” (№1-2, 2011)

Героиня кейса Анна работает ассистентом известного юриста. Того считают деспотом, но всем своим предыдущим помощникам он помог построить карьеру. Анна готова терпеть характер шефа ради перспективы карьерного роста. Правильно ли она поступает? Как защититься от эксплуататорских замашек руководителя? Ситуацию комментируют эксперты HRM.

Аня в который раз поймала себя на мысли, что с недавних пор на работу она собирается гораздо медленнее, чем раньше. Если раньше на утренний душ, традиционный легкий макияж, овсянку и чашку чая уходило у нее не больше часа, то вот уже несколько месяцев она с трудом укладывается в полтора часа.

«Это я сознательно филоню или включилось подсознание?» — размышляла девушка. Так или иначе, она, кажется, становится злостной нарушительницей трудовой дисциплины.

«И за какие такие грехи мне все это? В чем это я провинилась? Почему должна пахать за всех?!» — Аня злилась на бесцеремонных пассажиров переполненного вагона метро, своего босса, себя саму и весь мир. И так каждый день. Работа, которая занимала в жизни девушки все больше и больше времени, вытесняя все остальное, вызывала в последнее время преимущественно злость и раздражение… Ну вот и офис.

Цена карьеры

Удивительно, как быстро может меняться наше отношение к одним и тем же людям и обстоятельствам. Не так давно Анна готова была молиться всем богам за возможность получить работу по специальности. Сейчас же от одной мысли о ней портилось настроение и опускались руки. А начиналось все вполне безобидно.

Как-то вечером шеф (Аня работала помощником известного судьи и сама мечтала о судейской мантии) попросил ее об одолжении — набрать несколько страниц текста. Девушка как раз спешила домой, но не смогла отказать руководителю. Да и попробуй ему оказать! Такое начнется… Этого узурпатора немногие могли выдержать. Но те, кому хватило сил его терпеть, уже стали судьями (Аня специально наводила справки об ассистентах). Конечно же, не без помощи и протекции Александра Павловича (именно так официально звали ее начальника). Профессионал он был знатный. И Аня во что бы то ни стало решила набраться у него опыта.

До реализации Аниной мечты о судейской мантии оставалось каких-то пять-шесть лет в помощниках у Александра Павловича, записывания решений и постановлений суда, поздних возвращений домой, занятых работой выходных… Аня уже не помнит, когда приходила домой и заставала ребенка бодрствующим. Как правило, он спал… Но мама так хотела, чтобы Аня выбилась в люди, стала судьей. Да и сама Анна была не прочь занять судейское кресло…

В общем, в тот вечер она взялась перепечатать рукописный текст своего шефа. Текст оказался «художественным». Ну, не совсем так, конечно. Любой редактор раскритиковал бы это графоманство, но Александр Павлович настолько серьезно относился к своему творчеству и так был уверен в себе и своих силах, что даже не собирался отдавать свой текст профессионалам для редактирования. Он хотел, чтобы Аня перепечатала и «поправила, если нужно».

Как поставить на место работодателя

Поначалу наивная Анна думала, что одним текстом дело все и ограничится. Но не тут-то было! Творческий зуд Александра Павловича с каждым днем становился все сильнее. Он заставлял его ежедневно вставать ни свет ни заря, чтобы пару часов посвятить «писательству».
Судя по всему, Александр Павлович действительно считал себя писателем. По крайней мере, он искренне в это верил. Но те тексты, которые приходилось набирать Ане, казались ей просто ерундой какой то, потоком сознания. Впрочем, писателем Александр Павлович оказался плодовитым — за неделю мог написать более ста страниц.

Теперь каждый день Аня, разбирая каракули шефа, должна была не менее трех-четырех часов рабочего времени посвящать реализации его творческих амбиций. Почерк Александра Павловича был чересчур уборист и мало читабелен. Нет, конечно, для того чтобы разбирать его резолюции и исправления на судебных постановлениях он еще был ничего, но вот тысячи хаотичных мелких кривых закорючек рукописи… Это сводило Аню с ума.

Она страдала, сплетничала, высмеивала произведения новоиспеченного писателя с приятельницами, но продолжала набирать тексты.

Попытка бегства

Аня продолжала заниматься тем, что казалось ей пустой тратой времени, и уже сомневалась, что готова заплатить за свое будущее таким образом. Выхода, казалось бы, нет. И тут в суд, где работала Аня, был назначен еще один судья. Общительная и исполнительная, она сразу понравилась новичку, и тот предложил ей перейти на работу к нему в помощники.

Измученная поручениями своего гениального и плодовитого шефа, Аня решила согласиться. Однако одно дело решиться, а другое дело — сказать. Старый шеф был намного влиятельнее нового потенциального шефа. Если он обидится, то прости-прощай взлелеянная в мечтах Анина карьера судьи… Как поступить? А вдруг Александр Павлович отомстит? Ведь не зря о нем ходили слухи, что тех адвокатов, у которых он проигрывал дела, Александр Павлович потом нещадно «топил» и всячески пытался отыграться за поражение. Так проходили дни, потом недели, и вот уже минул почти месяц с того момента, как ей предложили должность помощника у нового судьи.

Тот, казалось, уже был не рад, что предложил Ане стать его правой рукой, и, наверное, надеялся, что она откажется от его предложения. Но врожденная интеллигентность не позволяли ему самому подойти и поговорить с ней начистоту. А без помощника он зашивался. Как, впрочем, зашивалась и Аня на своем старом рабочем месте. «Гладиаторские скачки давно закончились, и вот уже Улисс стоит на коленях у красивых ног Галатеи…». — Аня по-прежнему героически перепечатывала убогие творения немолодого и, судя по текстам, вовсе не дарования.

Как только заканчивалось одно творение, появлялось новое. Конца творческому энтузиазму нашего писателя не было видно.

Новые горизонты

Однажды Александр Павлович, как обычно, утром прошел мимо Ани (которая вчера до позднего вечера печатала «произведения») к себе в кабинет. Не выходил часа два, а потом огорошил Аню еще одним своим предложением.

«Вы так прекрасно справляетесь с ролью моего личного литературного секретаря и редактора… У меня даже сложилось впечатление… кхм… что вам такая работа нравится больше, чем должность помощника судьи… Хотите быть моим литературным агентом?» — как будто между прочим спросил начальник.

Надо было видеть лицо Ани в этот момент! «Надо же, мало того, что мне приходится читать эту ерунду, так теперь он хочет, чтобы я ее издавала и продавала?» — неизвестно, как она не произнесла эти слова вслух. Просто встала и молча вышла из приемной, твердо решив никогда сюда не возвращаться.


Елена Урусова,
начальник управления по работе с персоналом «Дельта Банка»

Причина возникшей ситуации — отсутствие договоренностей, непрозрачные правила игры. И все, что нужно: инициировать разговор с руководителем.

Да уж, повезло Александру Павловичу! Успешный судья, в будущем — известный писатель. Как правило, люди амбициозные и напористые всегда доводят начатое до конца. И им глубоко все равно, что и как об этом думают окружающие. Поэтому и называются успешными, а на мелких рыбешек особенно внимания-то и не обращают.

Жаль, что Ане так сложно оказалось это понять. И зачем только пришла в сложный, запутанный и душный мир юриспруденции, где, как известно, каждый пробивает себе дорогу не только умом, но и холодным рассудком и крепкими локтями.

Хотя не наша сейчас задача выяснять мотивы Ани на принятие такого интересного пути достижения своей мечты — неужели, чтобы стать судьей, есть только один путь — пять лет «отпахать» на деспота в надежде, что тебя продвинут? И что самое главное — отказаться от таких важных личных моментов в жизни и даже не договориться изначально про условия и сроки «продвижения» в судейское кресло?

А то, что ушла и даже дверью не хлопнула, а так просто — решила больше в этот кабинет не возвращаться, очень даже правильно. Поддерживаю. Все равно в ее случае и через пять лет был бы тот же результат — отсидеться серой мышью в углу и «пищать по углам» о своей мелкой и неамбициозной позиции.

Здесь, как говорится, нечего на зеркало пенять… Ну, в общем, это известный факт, жаль только, что мы его все чаще к другим меряем, а про себя, любимых, как-то и не видится.

Думаю, в нашем случае подошел бы такой сценарий (он мне больше по душе).

Аня твердо решила больше в этот кабинет не возвращаться. Но, поразмыслив дома в тишине и уюте и убедившись еще раз, что это единственное место на свете, которое гарантирует ей место судьи (минимальный срок — около пяти лет), решила вернуться к его обсуждению со своим шефом.

«Что стоит на карте, — думала Аня, и сама себе рисовала:

Плюсы деспота:
— может гарантировать продвижение в карьере, значит, надо договориться с ним об этом;
— через 5 лет — это как-то много, могу не выдержать, надо договариваться, что минимум через три года;
— за эти три года я должна научиться…

Минусы работы с деспотом:
— он — сатрап, это ясно, но есть ярко выраженное слабое место — слава Вальтера Скотта, чем и надо воспользоваться;
— Непростительно много заставляет меня работать — такой график мне не подходит, но если поразмыслить — сама виновата, работу делаю, а так ничего и не получила взамен.
и так далее.

И тут только у Ани сложилась ясная картина! Она так рьяно взялась за работу, с таким молчаливым согласием и энтузиазмом, что у шефа сложилось впечатление, будто ей работа по перепечатыванию его текстов нравится даже больше, чем ему ассистировать в судебных делах! А ведь он прав — она так боялась его немилости или, еще хуже, что он вычеркнет ее из своего «судебного списка на протеже», что когда он первый раз попросил ее об одолжении (да-да, так и сказал — одолжение), она даже рта не открыла.

А ведь понимала, что из-за этой работы совсем времени на семью не останется. А ведь еще тогда можно было развернуть эту ситуацию в свою сторону.

Самый простой вариант:

Посмотрев на объем, усомниться в возможности его выполнить, имея такую большую занятость в ассистировании и срочности подготовки нескольких судебных дел.

Если шеф сделал вид, что не понял, после второго «одолжения» подойти к нему и предложить в свете перспективности его литературного характера выделить отдельную кандидатуру, аргументируя это необходимостью в профессиональных услугах корректора и публично обвиняя себя за нерасторопность и незнание предмета.

Если не поможет, на следующий раз сослаться на большой объем работы и предложить шефу распределить эту работу между несколькими сотрудниками, чтобы быстрее было.

Если опять не понял, умышленно делать много ошибок и задерживать сроки и оправдываться, что приходится отдавать предпочтение своей основной работе — ассистента.

После третьего «одолжения» сослаться на семейные неотложные дела и вежливо отказаться оставаться и печатать ночью.

«Да, надо было выбрать второй вариант», — думала Аня и сама себе удивлялась, как это решение не возникло у нее ранее.

А все потому, что страх перед потерей «протеже» затмил все инстинкты самосохранения. И вдруг ударила новая мысль! А с чего это она вдруг решила, что вообще есть какое-то «протеже». Ведь Александр Павлович продвигал других, о ней еще и слова не было. Она так и не поговорила с ним на эту щекотливую тему. А почему щекотливую? Нормальная тема — давайте определим правила игры: какие ее перспективы и что она должна для этого сделать. Так даже было бы легче — можно было бы договориться и понять, что к выполнению обязательно, а что в статусе «одолжения».

К утру в голове нарисовался четкий план, и Аня была готова к окончательному разговору. А может быть, самому первому общению между сотрудником, у которого большие планы, и шефом, в руках которого собраны все возможности по их реализации.

«Хуже все равно уже не будет, — сказала она себе вслух и в 9.00 отправила эсэмэску: «Уважаемый Александр Павлович! Сорри за вчерашнюю ситуацию, но мне очень надо с вами поговорить. Назначьте, пожалуйста, сегодня время для встречи».

Расчет был такой: конечно, как любой шеф, которого вчера оставили без всяких объяснений за бортом, Александр Павлович сейчас зол, но заинтригован. Соответственно на встречу позовет, а там уж все зависит от Ани. «Будет идти в открытую, — думала Анна, гордо шествуя на встречу с шефом, — это вообще единственно возможное сейчас решение».

— Скажу честно, Александр Павлович, — промямлила Анна, — ваше вчерашнее предложение застало меня врасплох, я была подавлена и не могла адекватно соображать. Но я подумала и хочу объяснить вам свое видение этой ситуации! Я знаю, это совершенно неправильно — обсуждать тему собственных ожиданий на данном этапе нашего сотрудничества, это нужно было сделать в начале моей работы, но я была тогда так увлечена новыми обязанностями, что даже не подумала об этом!

Александр Павлович, мне очень льстит ваше предложение о переходе на должность литературного агента, это лишний раз доказывает, что вы считаете меня ценным и ответственным работником. Но я вынуждена отказаться самым решительным образом. Конечно же, я должна была вам сказать раньше, что меня привлекает только работа в юриспруденции, и я вижу себя в ближайшее время на позиции судьи в нашем округе.

Наверное, вы сделали вывод о смене деятельности, так как я очень старалась помочь вам с текстами и даже проявляла инициативу по их коррекции, но я рассматривала это только как временное решение, вызванное отсутствием у вас профессионального корректора.

Кстати, я давно хотела вам сказать, но как-то неудобно давать вам советы. Я совсем мало работаю с вашими текстами, но вижу, что это очень перспективное направление для вас. Мое мнение — у вас действительно талант, и я очень поддерживаю ваше решение работать над книгой с профессиональным литератором. Дело в том, что вы сейчас на таком этапе развития своего творчества, что вам нужен профессиональный взгляд, правильное видение, профи, который понимает и досконально знает литераторство. Ну что я? Я на этом этапе просто механически перепечатываю за вами, иногда, как и все несведущие в этом бизнесе люди, делаю ошибку и совсем не могу помочь вам взглядом со стороны, а он вам сейчас так нужен!

Я рада, что наше видение совпадает — я как раз хотела предложить вам поменять так сказать корректора (то есть меня), который будет профессионально работать с вами.

Тем более что у меня возникли домашние сложности с совмещением двойных обязанностей — семья, как вы знаете, всегда требует внимания, и так трудно найти баланс между любимой работой и любимым сыном.

Александр Павлович, вот сейчас, когда мы объяснились друг с другом, я все-таки хочу вернуться к нашей основной теме — моя позиция ассистента. Уж не знаю, по каким причинам я не решалась поговорить с вами ранее, но, думаю, сейчас мне как раз стоит объяснить свои главные принципы. Дело в том, Александр Павлович, что я мечтала стать судьей еще с детства. Я счастлива, что работаю с вами, и признательна за возможность учиться, учиться и еще раз учиться у такого мастера как вы. Вы — строгий, но справедливый начальник, и я готова очень многим жертвовать, чтобы как можно ближе подойти к своей мечте. Я готова выслушать ваши замечания и наставления в свой адрес, я знаю, мне еще предстоит ликвидировать много «белых пятен» своего познания. Поэтому хочу вас спросить: как вы оцениваете мою перспективность в данном направлении? Над чем мне необходимо особенно работать? Я хотела бы обсудить план нашего совместного сотрудничества — куда и как будем двигаться. Видите ли вы возможность моего продвижения на судейское место? Могу ли я рассчитывать на ваше протеже через три года?

В нашей бизнес-среде, конечно, на такой разговор с начальником решаются немногие сотрудники. Но почему? Страшно? Неэтично? Не принято заходить, пока тебя не вызовут? Наверное, правильный ответ находится где-то посередине — родители не спешат прививать инициативу и ориентацию на результат, сад и школа учат отвечать только тогда, когда тебя спросят.

Хотя, уж чего проще — обсудить и договориться о правилах игры заранее. Если правила игры прозрачны, и ты понимаешь, ради чего и как долго их необходимо придерживаться, начинаешь проще смотреть на вещи: еще немного, и там впереди уже большая морковка видна. А всего-то надо — просто поговорить… Попробуйте!

Павел Смоловик,
руководитель отдела по работе с персоналом в странах Евразии компании Ericsson

На первый взгляд Аня выглядит жертвой обстоятельств и действий деспотичного руководителя. Хотя если внимательно присмотреться, она не только приняла чужие правила игры по выполнению непрофильных заданий, но и утвердила шефа в убеждении, что ей нравятся такие поручения.

История классическая, и встречается довольно часто не только на работе, но и в любых других ситуациях, предполагающих взаимодействие двух людей. Конфликт взаимных ожиданий появляется практически во всех случаях, где люди открыто не обсудили свои мотивы, цели и желания. Ведь каждый человек имеет свои ожидания и мотивы, вступая во взаимодействие с окружающими. И тот факт, что такие ожидания не озвучены, не означает их отсутствия.

Именно мечта Ани стать судьей, определяет ее решение начать работать ассистентом у известного юриста. Пройти «школу жизни» у Александра Павловича идея, безусловно, хорошая. Работа с таким руководителем даст не только знания, позволит войти в профессиональный круг, но и предоставит возможность познакомиться с ролевой моделью поведения успешного юриста. Вот только прежде чем начинать работу стоило бы обсудить c руководителем свои планы на будущее. Желание любой ценой доказать готовность к исполнению заданий любого рода и сложности, конечно, похвально. Но историю Золушки в реальной жизни повторить, как правило, никому не удается. «Золушки» хороши на своих местах, при сортировке чечевицы и гороха, уборке и посадке сорока розовых кустов в кратчайшие сроки. На бал же приглашают только тех, кто имеет цель, готов к ней идти кратчайшим путем, четко формулирует и озвучивает свои мысли, желания.

Даже если Аня и не проговорила с Александром Павловичем план своего карьерного и профессионального развития изначально, это стоило бы сделать спустя полгода. На тот момент она наверняка зарекомендовала себя смышленым, быстрым и профессиональным помощником. Судя по тому, что руководитель поручил ей работу с рукописью своего романа, уровень доверия позволял провести такой разговор.

Вместо того чтобы открыто обсудить будущее, Аня уповала на чудо, которое с ней произойдет однажды, вследствие упорного труда и лишений. Такая пассивная позиция могла привести только к огромному разочарованию и выгоранию сотрудника. И уж никак не способствовала разрешению скрытого конфликта. Самое интересное, что конфликт носит односторонний характер — шеф о нем даже не подозревает. Если бы Аня поставила себя на место руководителя и поразмыслила немного, вполне могла придти к выводу, что Александр Павлович уверен в глубоком Анином интересе к работе над рукописью. Безропотное молчаливое выполнение заданий руководителя только подтверждало мысль шефа, что все идет нормально.

Если человек имеет настоящую, заветную цель, он идет к ней самым коротким путем. На обходные пути и остановки просто нет времени, так как достижение цели является жизненно необходимым. Даже самые робкие люди в экстремальных ситуациях для достижения цели преображаются. Представьте ситуацию, когда у матери на руках больной ребенок, нуждающийся в экстренной помощи, и ее цель — во что бы то ни стало помочь ему выздороветь. Женщина будет идти к достижению цели напрямую, отказываясь от тупиковых путей развития событий. Аня так и не смогла сказать «нет». Возможно, потому, что цель была не такая важная. И вопрос скорее не в том, что начальник узурпатор и перед его лицом страшно заявить о своих желаниях и потребностях. Проблема в том, что Анина мама мечтала о судейской мантии для дочери больше, чем сама Аня.

На первый взгляд Аня выглядит жертвой обстоятельств и действий деспотичного руководителя. Хотя, если внимательно присмотреться, она не только приняла чужие правила игры по выполнению непрофильных заданий, но и утвердила шефа в убеждении, будто ей нравятся такие поручения. Она качественно и молча выполняла работу, которая не давала ни профессионального развития, ни почвы для ее карьерного продвижения. Бездействие ведь тоже своего рода «действие». Одним словом, Аня подавала неверные сигналы Александру Павловичу и получала на них адекватный ответ.

Неформальное перемывание костей горе-литератору и вовсе ставит под сомнение этическое соответствие Ани роли судьи. Ведь ей доверили материал, о котором пока никто не знал. Я не берусь судить о наличии или отсутствии таланта у Александра Павловича, но такой уровень доверия должен вызывать уважение. На литературном поприще он пока не добился никаких высот. Он дилетант, обладающий огромным желанием творить. Очень важно, чтобы люди, находящиеся рядом, помогли советом, поддержали. Иногда утвердили в решении, что это неправильная стезя. Нужно обладать огромным терпением и тактом, чтобы оправдать доверие успешного человека и не ранить его. Любые кулуарные разговоры на эту тему могли нанести вред не только судейской, но личной репутации Александра Павловича. Честнее было бы предоставлять конструктивную критику шефу лично. Да и от совета показать текст литературному критику, думаю, он бы не отказался. Сильные духом, успешные люди зачастую реагируют на критику гораздо лучше, чем думают об этом окружающие. Главное, как и кем эта критика преподнесена.

Избежать таких и многих других подобных ситуаций можно только одним способом — знать, чего ты хочешь, открыто говорить о своих желаниях, уважать свободу выбора другого человека.

Оксана Грабар,
бизнес-тренер, директор компании Trainings For Business

Часто руководители не чувствуют границ таких неформальных поручений и попросту эксплуатируют своего помощника, превращая его в мальчика или девочку на побегушках.

Выполнение неформальных поручений руководителя — привычное дело для многих ассистентов руководителей, офис-менеджеров и секретарей. Основная функция помощника заключается в том, чтобы обеспечить руководителю максимально комфортные условия для эффективной работы. Сюда же могут входить и неформальные поручения, которые высвободят его время для решения более важных управленческих задач.

Загвоздка в том, что часто руководители не чувствуют границ таких неформальных поручений и попросту эксплуатируют своего помощника, превращая его в мальчика или девочку на побегушках (помните фильм «Дьявол носит Prada»: достать для дочерей Миранды две копии неопубликованной рукописи книги о Гарри Поттере).

Да и помощники руководителей по разным причинам (кто-то из-за нерешительности, кто то, как наша героиня Анна, ради достижения более высокой цели) не могут отказаться от таких поручений и переживают внутренний личностный конфликт, который со временем перетекает в демотивацию и апатию к работе.

Однозначного ответа на вопрос, нужно ли отказываться от выполнения неформальных поручений, не существует. Например, у женщины-руководителя перед конференцией порвались чулки или у мужчины-руководителя пролился кофе на галстук, и помощнику поручают приобрести новые. В данной ситуации наверняка стоит помочь руководителю решить эту задачу.

Если же руководитель каждый день дает поручения помощнику закупать продукты домой, это скорее можно расценивать как эксплуатацию.

Таким образом, если разовое поручение носит неформальный характер и при этом помогает руководителю справиться со служебными обязанностями, это просто нужно принять как неотъемлемую часть обязанностей. Если поручения носят личный характер и становятся «по умолчанию» обязанностью, к тому же гнетут помощника, необходимо предпринимать определенные действия.

В ситуации Анны можно посоветовать:

1. Совместно с руководителем расставить приоритеты между выполнением рабочих задач и редактированием личных текстов. Важно, чтобы руководитель понимал: его личные поручения будут выполняться в рабочее время, и на выполнение основных обязанностей времени просто не останется.

2. Подыскать агентства, которые предоставляют подобные услуги, собрать всю необходимую информацию и предложить руководителю выбрать, с кем сотрудничать, описав при этом выгоду того, что редактированием текста будут заниматься профессионалы.

3. Честно поговорить с руководителем о том, что вы хотите развиваться и вам важен карьерный рост. Попросить загружать заданиями, выполняя которые можно получать знания и нарабатывать профессиональный опыт. Честность и искренность всегда вызывают уважение.

К такому разговору стоит тщательно подготовиться, чтобы не наломать дров и не включиться эмоционально. Также нужно помнить, что подобный разговор может закончиться не в пользу помощника и иметь определенные последствия. Решаться или нет — только ваш выбор.

Кроме того, еще несколько советов Анне на будущее:

1. Не доводить ситуацию до точки кипения, а решать проблемы по мере их возникновения. Чем больше накапливается негатива, тем сложнее решить ситуацию «полюбовно». В данном случае разговор с руководителем Анне стоило начать гораздо раньше, уже после первого прецедента.

2. Для достижения цели всегда нужно иметь запасной вариант, а то и несколько. Чем больше вариантов, тем вероятнее успешный результат. Возможно, стоило поискать другие способы получения желаемой должности, ведь уже изначально Анна понимала, что вряд ли будет получать удовольствие от работы, в итоге «цена вопроса» оказалась слишком высокой и непосильной для нее.


Теги: , , , , , ,

Похожие истории:

Статья размещена четверг, сентябрь 19th, 2013 at 2:50 pm в категории Ситуация. RSS комментраиев: RSS 2.0. Вы можете оставить комментарий или trackback с Вашего сайта.

Ваш комментарий

Имя (*)
E-mail (не будет публиковаться) (*)
URI
Комментарий